ВОЗВРАЩЕНИЕ В НЕИЗВЕСТНОЕ

Попытка Бортжурнал краеведческой
экспедиции «Данастрис-альтернатива-2009

... Когда есть время и вдохновение ...

В прошлом году мы обещали вернуться к Днестровского каньона, о котором до сих пор мало кто знает как в Украине, так и за ее пределами. И вернулись. Поэтому наше возвращение можно назвать возвращением в неизвестное.

 

25.07

Нынешняя путешествие плотилии "Данастрис-альтернатива" Днестровским каньоном началась с фестиваля кулинарного искусства «КоропФест». После фестиваля наша волонтерская команда почти неделю готовилась к отплытию, заодно устроив в Коропце на берегу Днестра место для палаточного лагеря и причал для катамаранов. Стержней подготовки было два - поселковый голова Степан Скрипник и Шкипер. При работе жертв не было, несмотря на оживленное обсуждение некоторых особенностей конструкции плотов. Все решалось мирно, хотя и эмоционально. Конструкцию плотов испытали еще в прошлом году - вердикт знатоков радует: «Непотопляемий». В день отплытия к нам присоединились журналисты тернопольского телеканала «Смайл-ТВ» (или просто смайлики) и экипаж «Данастрис-альтернативиь09» торжественно поднял над плотом парус с изображением Бога-Солнца, рожденного обладательницей всех земных и небесных вод Данной в священных водах Днестра-Данастриса. К плотов на пластиковых бутылках, соединенных рельсами в одно целое, привязана странная конструкция. Она напоминает плот в миниатюре - это небольшой лодка-катамаран также на пластиковых бутылках, сбитый нами со шкипером из отрезков досок, с помощью которого Шкипер планировал повысить мобильность экспедиции.
- Ну все, теперь можно отплывать, - дает добро Степан Скрипник.
В ответ - махание руками и вешками, и наш "лагерь" направляется к окутанного легендами села Окопы, расположенном на стыке трех областей - Тернопольской, Хмельницкой и Черновицкой. Коропецкой пристань постепенно тает вдали.
Чтобы смайлики не расслаблялись, Шкипер инструктирует:
- Никуда без команды не лезть и ничего не брать без разрешения!
Что будет в противном случае, он не говорит, но выглядит это угрожающе.
Я приступаю к обязанностям: 1) штатного летописца и 2) штатного фотографа экспедиции. То есть, напустив на себя таинственный вид, то калякаю в записной книжке.
Один из смайликов проспал (с кем не бывает) и присоединился к нам через несколько часов, как раз перед первой остановкой - у загадочного пещерного храма вблизи села Стенка.
Смайлики дружно высыпают на берег. Наиболее флегматичный с пляшконавтив Андрюха без колебаний остается на вахте. Все остальные лезут по крутой тропинке вверх.
Пещера имеет два входа. Пещерный храм находится собственно в втором входе. На стене - руна в виде стрелки и Сварога - знак Солнца.
Над Днестром повисает темная туча, ее никто не замечает, пока облако не напоминает о себе дождем. Все
быстро разбирают дождевики и начинают натягивать тент, который почему-то называют «балдейкою».
Первую ночевку мы сделали напротив села Долина на тернопольском стороне. Поляна, на которой поставили палатки, надежно прикрыта от ветра деревьями. Ребята пошли за хворостом, девушки распаковывали продукты.
Скоро запылал костер, мы сидели под звездами и пили кофе, хорошо вкусу сейчас.
Этой ночью Шкипер первый и последний раз за всю экспедицию спал в палатке.

 

26.07

Из леса слышен лай собаки. Динго какой-то.
- Смотрите! - ведущая «Смайл» Надя указывает на реку, по которой неспешно плывет корова! Преодолев первый шок от увиденного, все хватаются за фотоаппараты и бегут к берегу. Рогатая фотомодель выходит на берег возле плота, не обращая на нас никакого внимания.
Всю дальнейшую дорогу смайлики обсуждают план дальнейших действий. Наконец решают высадиться возле села лунатик и добираться по суху к знаменитому Червоногородского водопада возле села Нырков.
Впервые встретили кашкетникив. Это религиозная секта, живут отдельно от других, мужчины от мала до велика носят фуражки, женщины - платки. На контакты не идут, и нам пришлось в этом убедиться. Кашкетникы (в основном ребята школьного возраста) смотрят с исподлобья и молча гребут подальше от плота
высадились смайлики в поле. Мне приказано провести смайликов к транспорту и купить стратегический продукт - кофе. Спросить, куда идти дальше, старались кашкетникив, проезжавших бричкой мимо нас, однако те только шкирилы зубы и не ответили.
Какие-то странные, - решили мы и поплелись к недалекой речки, которая впадала в Днестр.
Некоторые побежал искать брод, однако вернулся. Реку перешли прямо при впадении в Днестр - она была мелкая и холодная.
брода нас немного намочил дождь, однако впоследствии этого не ощущали, потому что пришлось с рюкзаками лезть высоко на гору - именно там раскинулся лунатик. Попрощался с коллегами-журналистами возле культурного центра села - магазина. Как потом стало известно, смайлики пешком дошли до Золотого Потока, откуда ч
омусь вернули не на Нырков, а в Тернополь.
Пока ходил в Сновидова, дикий ветер порвал веревку и понес плот по течению. Шкипер с Андрюхой его, конечно, остановили и снова пришвартовали к берегу.
Около 22 часов звонит Скрипник: от туристов нет отбоя. Что означает удобный причал!

 

27.07

На судне оказался безбилетный пассажир. Можно было бы сказать «заяц», однако это мышь. Она сидела в сумке с инструментами, пока Шкипер туда не полез и не вытащил ее наружу. Перепуганная мышь выскользнула из рук и махнула под мангал, потом стремглав полетела с плота на катамаран.
- Ну что ж, - философски говорит Шкипер, потягивая сигарету. - На каждом корабле должен быть собственный крысенок, который первым сообщит об опасности. Теперь и у нас есть свой, значит мы не утонем
Далее случилось то, чего мы не ожидали. Нас понесло противотоком назад. Село Монастырок на левом берегу явно не хотел с нами расставаться. Трижды мы выгребали и трижды нас сносило назад.
Шкипер отвязал катамарана и поплыл на нем к берегу. Это вызвало слива острот на голову:
- Капитан сбежал с судна! Ха-ха! Вместе с крысой! Снимай Серегу с должности!
Шутками доплыли до Раковца - первого замка на нашем пути. Андрюха решил почувствовать себя речным волком и сел со шкипером на катамаран. Я попытался остановить плот возле замка, однако наша плавучая конструкция оказалась тяжелой для друга. Наконец приплыли на катамаране Шкипер и Андрюха и потащили плот к берегу, как корову на шнурке. Тот сопротивлялся и пытался плыть дальше. Пришлось прыгать в воду (она достигала пояса) и помогать толкать плот к берегу.
Опять Андрей остался на плоту, а мы со шкипером пошли через деревню к замку. Я обратил внимание, что многие сельских усадеб выложен камнями, «занятым» из замка, некоторые с остатками известкового раствора. У крестьян отсутствует какая-либо уважение к славному прошлому их села. И это, как впоследствии пришлось убедиться, не только в Раковце. Какие-то свиньи, которые ходят на двух ногах и не имеют копыт, но поведение такая же: чтобы мне хорошо было.
От замка остались пятиярусная башня-донжон и фрагменты стен. Территория замка заросла травой и кустарниками, однако тропинок много. Башня, которая видна издалека, притягивает к себе многих туристов.
Покружив кривыми немощеные улочкам, мы прошли по тропинке мимо города к замку.
Башня оказалась довольно редкой шестигранной формы с узкими окошками-бойницами. От ярусов ничего не осталось. Напротив башни над самой пропастью остался фрагмент стены в полтора метра высотой.
Днестр от Раковца к Униж оказался наиболее наполненный туристами. Мимо нас проплывают байдарки, катамараны и лодки. Некоторые в шутку спрашивает, наша конструкция вообще плавает.
- На самом деле это мы плывем, - отвечаем им, - а вы гребете.
Униж приплыли поздно вечером. Прохлада, которая ползла рекой, превратилась на ощутимый холод.

 

28.07

Утром, как только с гор сполз утренний туман, Шкипер нас выгнал плыть. Куда и зачем такая спишка, знал только он. По его планам нам нужно плыть к устью реки Золотой Поток
Отталкиваясь от берега шестами, мы решаем объединить июльский и августовский сплавы в одну длительную краеведческую экспедицию. Это даст нам больше времени, чтобы лучше обследовать интересные места, отделенными от Днестра.
На берегу рыбаки не очень рады нашему появлению, о чем они сообщают нам вслух. Однако нас это не очень смущает. Наконец, плыть нам никто не запрещает, как и им - рыбачить.
Андрюха сквозь деревья увидел какую поляну и предложил пристать туда. Место оказалось удачным для палаточного лагеря. Довольный собственным открытием, Андрюха предложил назвать это место Майбродивкою в его честь. Здесь первооткрыватель Майбродивкы готовился висадися на берег. Его сплав закончился. Мы идем к ближайшей деревни Костильникы, где он садится на автобус. Дорога ведет вверх через лес, который заканчивается у села.
Костильникы оказалось небольшим селом с лишь одной работающей магазином. К ней мы добрались кривыми улочками и снова немощеные. По всей Украине гуляет выражение «Село не асфальтированное», то есть забито и глухое. Любой приднестровское село попало бы в эту категорию, несмотря на огромные опрятные дома.
В центре села традиционный памятник борцам за свободу Украины, большой дом культуры и небольшая церковь.
- Желаю приключений, - сказал Андрей напоследок, - только хороших.
Приключения не заставили себя ждать. Назад я пошел напрямик, а не извилистыми улочками, и заблудился. Каньон, хотя и обрывается вниз на сотни метров, находится в котловине. Поэтому если выйти из каньона, то уже в километре от него его уже не увидишь, разве что только верхушки деревьев.
Ориентируясь по солнцу, решил идти в направлении к Днестру, а там будет видно. Идти пришлось и через поля по грудь в траве, пока не наткнулся на тропинку, которая вывела меня в лес, прямо на огромное плато над Днестром.
Сверху долину было видно как на ладони. Плот виднелся где-то километра два. Тропа не обрывалась, а продолжала, причем в направлении к плота.
Оглянулся вокруг. Я стоял на вершине огромной скалы, похожей на гигантский корабль. Скала в ширину имела не более двадцати метров и обрывалась из стороны в Днестр, другой стороной - в пропасть, на дне которого шумела река. Я спускаюсь ниже. Со стороны Днестра скалы выходят на поверхность и лежат большими слоями. Складывается впечатление, что какой-то великан положил огромные плоские камни друг на друга. Таких каменных нагромождений было несколько, они собственно и составляли эту скалу.
До темноты мы ходили по очереди на скалу и фотографировали водопады.

 

29.07

Солнце было уже высоко, когда Шкипер, вернулся из фотопленера «Восход солнца над Днестром» ;. Поплыли этот раз в Красной горы при впадении Стрыпы. Мы решили наконец поднять над плотом государственный флаг. Как-никак всеукраинская экспедиция! По флаг правил сине-желтый вымпел, купленный мной в Киеве как раз на 10-летие Независимости. На вершине древка я надел красно-черную ленту.
Мимо нас плывет целая флотилия байдарок, на некоторых трепещут маленькие бело-красные флажки.
Шкипер побежал на осмотр местности, оставив меня на хозяйстве. Это не очень понравилось, но ничего не поделаешь. Вернулся он поздно, посетив знаменитый целебный источник, поднявшись на гору. Мне до темноты удалось только подняться на Красную гору. Говорят, что красной она стала от крови уничтоженных турками пленных. Никто не знает, кто они были. С горы, настоящего смотровой площадке, открывалась величественная панорама Днестра. Река делает подкову, поворачивая с юга на восток.

 

30.07

Утром Серега подхватил фотоаппарат и пошел. Началась вторая серия документальной эпопеи «Восход солнца над Днестром».
После его возвращения беру корыта для воды и иду к лечебного источника. Тропа к нему неплохо утоптанная. Слева от источника из каменных террас спадает ручей. У источника небольшое изображение Иисуса, тарелка с монетами. Вода из источника вытекает мягкая, немного непривычное сладковатого вкуса.
Возвращаюсь с водой до плота, ставлю корыта в тень на палубе и направляюсь к месту впадения Стрыпы. Она течет также в каньоне, правда не таком большом, как Днестр, но более быстрая и норовистая. Далее по течению из густой крапивы выглядывает каменная стена старой мельницы XVIII века От мельницы остались только руины. Однако здоровенная деревянное колесо сохранилось.
Поплыли к Устечко. По дороге нас занесло на мель, пришлось толкать плот против течения на глубину.
Уже расслабились, когда Шкипер неожиданно увидел толстую проволоку, которая торчала из воды. Нас несло на нее, однако Серега оказался на высоте. Он схватил проволоку и сумел провести плот возле нее.
- Хорошо, что увидел, а то бы зацепилась за мешки. Тогда бы пришлось переквалифицироваться в водолазы.
Днестр опустились сумерки. Проплыв остров, на котором в прошлом году подобрали Игоря (как и мы со шкипером волонтера в Униж), решили пристать к берегу.
Нашли большой камень, с помощью фомки и молотка прорыли под него туннель для швартовы и с чувством выполненного долга легли спать.

31.07

Поднялись рано, а учитывая, что спали на палубе, то для отчаливания надо было только отвязать швартовы веревку и оттолкнуться шестом
У Устечко при впадении в Днестр Джурина бурлит многолюдный интернациональный лагерь. Больше всего поляков, проплывали мимо нас позавчера.
Сергей пошел на разведку. Вернувшись, коротко докладывает ситуацию:
- Магазины рядом, к водопаду километров 5-6.
Нашего лагеря прибыла еще одна группа туристов, по произношению - тернополян. Увидев плот, подходит какой-то дядя. Разговорились. Он - бывший геолог, облазил весь Урал и Сибирь, однако в Днестровском каньоне впервые.
Не мог даже представить, что здесь у нас такая красота, - говорит он.
За селом & ndash ; остатки поисков официальных и черных археологов. Рядом - каменный крест-обелиск из красного камня в честь отмены барщины. Указано, что крест восстановлен вместо разрушенного 1961 Бывшая власть Устечко, проявляя «верноподданические чувства», уничтожила все кресты, которые в народе называли Крестами Свободы. Но не только в Устечко, в подавляющем большинстве сел Тернопольщины и Покутья таких крестов не осталось. Хотя в некоторых селах их таки сохранили, рискуя своей репутацией, а может и свободой.
Тропа к замку хорошо протоптанная по берегу Джурина, который неспешно течет справа. Берег почти не заросший. Слева от тропы или лес, или горные склоны, которые то стремительно поднимаются вверх, то обрываются. Из-за деревьев показалась дорога, проложенная на камнях, тропа выходит на нее. Через несколько десятков метров вырастает куча легковушек с тернопольскими, Ивано-франковскими, львовскими, даже с житомирскими и киевскими номерами. Плюс масса народа. Вдали слышен мощный шум водопада. Все становится ясно. Впереди Мекка для туристов - 16-метровый Червоногородский водопад, который в народе называют Джуринским. Вода падает на скалы, рождая мириады капель, пенится и шипит, как живая. К водопаду приходится буквально проскальзывать, точно уж - машина на машине.
Впереди видны две величественные башни Червоногородского замка. Они словно выросли из густого леса, который покрывает замковую гору. Недалеко от башен видны руины костела ХVII века. Почему в те времена поляки любили именно этот пиздньороманський стиль, во Львове, Самборе, Гусятине, Бережанах, Жовкве, Бучаче и других городах и городках есть подобные костелы. На горе через глубокое обрыв от замка, где прислонились дома Почечная, видно такую же, как и костел, часовню. Это и все, что осталось от едва ли не самого старого города Тернопольщины Червоногород. Историки А. Клименко и Б. Хаваривский предполагают происхождение названия города от красного камня, который добывали здесь с незапамятных времен.
Высокая скала, на которой расположены остатки города, не могла как следует защитить город от врагов. Уже в 1241 г. монголо-татары сожгли деревянный Червоногородский замок. В течение XIV века Червоногород был центром Подольского воеводства, поэтому за него велась борьба между литовцами и поляками. 1448 король Казимир Ягеллон подтвердил городской статус Червоногород, предоставив ему магдебургское право. В начале XVII века в Червоногород появился каменный замок с четырьмя башнями. После первого раздела Польши Червоногород попал в Австрию и перестал быть центром старостата (1774 г.). Впоследствии Червоногород купил князь Кароль Понинских, который 1820 разобрал замок и построил дворец с двумя башнями, который на протяжении XIX века перестраивался, однако три войны оставили от замка руины.
Сейчас территория бывшего замка передана детскому лагерю «Ромашка». Однако любой желающий может осмотреть и башни, и костел. Теперь таким желающим был я.
В конце лагеря в контейнере поселился послушник из Харькова Антошка - главный мифолог замка. Когда его посещают журналисты, он рассказывает им о замок разные небылицы.
Директор детского лагеря Роман Романович, которого я встретил по дороге, рассказал о крест погибшим полякам, установленный возле костела. После прихода красных войск на местах, выполняя указания Москвы, устроили переселения поляков в пределы современной Польши. Польские власти устроила подобное переселение украинского в пределы УССР, это называлось «обменом населением».
2 февраля 1945 часть поляков, приготовленных к отправке на «родину», под охраной «прыжков» из поляков, располагалась в костеле. Проголодавшиеся поляки воровали у крестьян продукты, а некоторых даже грабили. За это уповцы провели видплатни акцию. Во время перестрелки повстанцев со «скачками», с Залещиков прибыл батальон войск НКВД, который, не разбираясь, открыл по костела огонь. Отряд УПА успел отступить, а полякам досталось. Погибших в этом бою похоронили в братской могиле прямо возле костела.
Возвращаться пришлось уже в темноте. Единственный в селе ячейку жизнь кипит возле магазинов, на которые скорбно смотрит Богоматерь. Прохожу до плота. На плоту гости - инструктор тернопольского турклуба «Кристалл» Александр и знакомые мне тернополян, которые подходили днем.
Александр привел к Устечко группу туристов из Москвы. «Ничем не интересуются, сидят в лагере и играют в« Мафию »- недоумевает он.

 

1.08

отплыли от Устечко рассвете. Туристический лагерь возле нас спал, в устье Джурина местные гнали коров. К Залещиков пришлось плыть целый день.
У автомобильного моста, построенного еще до войны, мы пришвартовались к берегу и стали ждать пополнения. Шкипер отвел мне час для похода в Залещики. Намеки на то, что неплохо было бы посетить мемориал погибшим в первой мировой войне в селе Звинячин на буковинском берегу, пролетают мимо его уха.
С моста смотрю Днестр. Он обмелел настолько, что дно видно за десятки метров от берега.
На въезде в город плакат «Вас приветствует Тернопольщины».
Залещики - относительно молодой город, который все время боролось за лидерство в крае с Червоногород и взяло вверх только потому, что тот все время страдал от татарских набегов. Среди достопримечательностей является монастырь XVIII века в барочном стиле. Значение города выросло после постройки здесь железнодорожного и автомобильного мостов, связавшие Опилля с Буковиной
Возвращаюсь на плетень и здесь вижу пополнение - к нам наконец добралась Светлана Кубант - активная участница прошлогоднего сплава.
Отталкиваемся от берега. Нас уже трое, однако Шкипер не дает расслабиться. Останавливаемся у села Добривляны. К нам должны еще присоединиться известный в Тернополе историк, журналист и общественный деятель Владимир Ханас с женой и дочерью, но без сына Василия, с которым мы плыли в прошлом году в Униж. Он также где-то на сплаве.
Добровляны впервые увидел крест в честь отмены барщины в Австрии 1848 года, который каким-то чудом сохранился с тех времен. Ханас ехали навстречу машиной. Мы помогли им донести вещи на плот. Повод для поездки в Ханас знаменательный - день рождения жены главы семейства госпожи Валентины. Вскоре к нам подъехал сельский председатель Добровляны Степан Гуцуляк. И не с пустыми руками - привез целый ящик помидоров - основной продукт и источник доходов целого Залищицкого района. Разделить с нами трапезу Гуцуляк отказался - куда-то спешил.

 

2.08

Мы плывем мимо шумный буковинский берег, полностью заполнен отдыхающими.
По левому борту от нас - холмы из глины и песка, в которых торчат каменные глыбы. Чуть дальше - село Городок и устья Серета. Ханас решают здесь высадиться на берег, им завтра на работу. С нами остается их дочь Люда.
Вдоль холмов тянется грунтовая дорога до Городка. На песчаных склонах холмов полно ласточкины гнезда, прямо как на азовском побережье.
У сельсовета небольшой памятник жертвам коммунистических репрессий со венчиком. Есть еще символическая могила борцам за независимость Украины с большим крестом на ней.
У сельсовета привлекла внимание доска объявлений со списком на три страницы о пожертвования на ремонт церкви. Самым маленьким вкладом было 50 грн, многие поздавав по 2,5 тысяч. За церковью, которая активно ремонтируется, мост через Серет. Мы идем по берегу до устья реки. На правом берегу развалины завода стройматериалов.
У впадения Серета в Днестр куча рыбаков. Мы идем по неровному берегу. Идти трудно. Каменистые склоны меняют колючие заросли шиповника и ил, в который проваливаешься по щиколотку. Только дальше на берег выходят сланцевые выступления, берег ровный, как стол
Вернувшись в плота, получаю боевое задание - перевезти на нашем «катамаране» через реку женскую половину в монастырь.
погребли в монастырь мы вдвоем со Светой. Людка сидела с нами, боясь пошевелиться. Вернуться пришлось грести другу. Оказалось, что управлять лодкой на быстром течении не такое уж простое дело, хотя и таким маленьким и маневренным, как наш.
Меня унесло течением, я старался быстрее грести, и лодка крутило. Подумал и вернулся в буковинского берега. На берегу стоял человек лет 35-ти.
- Иван, - представился незнакомец. Разговорились. Иван рассказал, что лет двадцать назад там, где стоит наш плот, снимали какой батальная фильм. А на горе, там где виднеется лес, есть памятник Тарасу Бульбе. Именно в том месте он переправлялся через Днестр и там его схватили поляки. Однако, добавлю от себя, это красивая легенда. Прототип Тараса Бульбы - гетман Остап Гоголь (предок Н. Гоголя) по данным историка Т. Чухлиба, при подобной ситуации убегал от поляков через Днестр в районе Могилева на Винниччине, однако не погиб и в конце умер своей смертью в Дымере под Киевом.
Об этом я рассказываю Шкипер. Решаем немедленно идти туда. Солнце опускалось все ниже, и наконец ярко оранжевый диск завис над монастырем. Идем, как подсказал Иван, через поле и выходим на асфальтные дороги, ведущей в лес.
И вот он - памятник легендарному казацкому атаману, вырезанный из дуба. Тарас хмуро смотрит в сторону, в руке - злополучная трубка, через которую его взяли в плен поляки. На боку - сабля. Когда этот памятник был покрыт лаком, который со временем облезет. Кто его вырезал, когда он появился здесь, неизвестно. Посреди леса на склоне является лечебное источник, к нему от памятника проложена тропа, которая дальше выводит на берег Днестра.
Тропа идет серпантином через лес. Лес уже поглотила ночная тьма. Тропа проложена удачно - слишком крутых спусков нет.
Лечебное источник скорее услышали, чем увидели в темноте и стали, поражены. Посреди леса стоит огромный камень-скала. Почти в середине - дыра диаметром 5-6 см, через которую вытекает минеральная вода. Мы сожалеем, что не взяли с собой бутылки для воды.
Далее тропа ведет почти горизонтально через кусты и выводит на начало грунтовой дороги, по которой мы шли к Городка.
Светлана с Людкой уже спят в палатке, а на плоту сидит Иван. Он, как и обещал, пришел и «развлекав ваших дам».
Иван рассказал о местных интересности. Оказывается, село Василев, возле которого мы в прошлом году сели на мель, основал по легенде князь Василько, брат Данилы Галицкого, еще 1230. Именно эта дата указана при въезде в село.
Монастырь основан в 1990 году на базе старой церкви, построенной по Австрии; течение 1961-1988 годов церковь была закрыта.

 

3.08

Утром, еще до шестого, нас разбудил Шкипер. Мы втроем, орудуя вешками и веслом, быстро провели плот через Днестр, преодолевая сильное течение. Конечно, нас отнесло от того места, где мы надеялись причалить, однако недалеко.
Иван ведет нас через заросли наверх, в село. С горы хорошо просматривается монастырь. Он расположен на двух ярусах. Старая церковь, откуда берет начало монастырь, расположенная внизу, правда хорошо отремонтирована.
Монастырь в Клубивцях, как и Лавра в Почаеве или Святогорске - основное место и вид заработка для местных. Несмотря на то, что монастырь имеет главный храм, возле него строится еще один. У строительной площадки стоят два купола.
Простились с Иваном и поплыли дальше. Ближе к вечеру приплывают к Зозулинцы, где наша женская половина высаживается на берег. Опять мы со шкипером остались вдвоем.
Несмотря на богатые дома Зозулинцы также «село не асфальтированное». Асфальтна дорога одна, пролегает в центре. Странно видеть сияющие усадьбы и полную запущенность за заборами. Знаменитое пословица «Моя хата с краю» видимо о местных
Большая новая церковь рядом с кабаком, с которого на меня выглядят подвыпившие аборигены. Перед церковью памятный крест в честь Независимости - единственный памятник, на который смогли Зозулинцы
Вечером у Синькова увидели причал, где привязаны несколько самодельных плоскодонок и одна моторка. Туда и решили причаливать.

 

4.08

Оказалось, что Синько является родиной Дмитрия Фирташа, газового короля Украины. Однако его село до сих пор без газа.
Обещают провести газ, уже даже трубы привезли. - Говорит Иван Васильевич, пожилой мужчина, который угостил нас грушами.
Из разговора с ним я узнал историю села. Везет на любознательных и неравнодушных людей. Село называется скорее всего от первого поселенца Синька, который поселился здесь еще в XVI веке. Надлежало село ли Потоцкому, то ли какому-то другому поляку. Село так называлось и при Австрии и за Польши. А при советах его переименовали в Богдановку, в честь Богдана Хмельницкого. Говорят, что здесь в конце XVI века маршалком у г служил Михаил Хмельницкий, отец Богдана. При независимости деревне вернули историческое название.
Фирташ окончил в селе школу и женился на дочери директора школы. Недавно за свой счет отремонтировал школу и почти полностью видмурував сельскую церковь, которая до того пришла к аварийному состоянию.
Я иду в деревню. Первым увидел довольно редкий памятник павшим в I мировой войне в виде обелиска с датой - 1916. Почему-то эта война, которая принесла этим местам много горя и разрухи, на постсоветском пространстве обойдена вниманием, как и ее жертвы. Памятники павшим в этой бойни в Украине можно пересчитать по пальцам, и то в основном в местах боев. Хотя, как я слышал, в России подобных памятников нет совсем.
В центре села типичный памятник Богдану Хмельницкому с булавой (собственно без булавы его пожалуй никто из скульпторов не представляет). Рядом - символическая могила борцам за свободу Украины, к благоустройству которого ни у кого руки не доходят - ни у власти, ни у крестьян. Лестница на могилу густо поросли крапивой почти в человеческой рост. С кургана видны купола церкви, отстроенной Фирташем. На дворе церкви два старых тщательно окрашенных креста 1896 и 1872 годов.
На обратном пути у обелиска погибшим в первой мировой войне, дорогу перебегала огненно-рыжая белка. Не обращая на меня внимания, зверек быстро прыгнул на дерево и побежал по ветке. Оказалось, что это полноправная сельская жительница, о ней все в селе знают и подкармливают.
Провожать нас получилась чуть ли не половина села. Крестьяне махали руками и звали к себе еще. «Но теперь с девушками».
В темноте останавливаемся у Колодрибкы. На берегу светит фарами жигуль. Питаемось, можно ли здесь причалить. Какой-то ребята отвечают, что можно. Согласны к берегу и привязываем плот к большой ивы. Мы едим кукурузу и ждем восход луны.
Пока не доили кукурузу, как с берега донеслось удивленное:
- Ты смотри, плот! Мужики, а к вам можно?
- Давай, если не боишься!
Плот прыгнул крепкий хлопаки лет под тридцать. Представился «Виталик» и спросил, а чего мы собственно здесь. После наших объяснений он присел и стал рассказывать. Удивительно, но первые собеседники, которые попадались нам на пути, оказывались знатоками местной истории и обычаев. Так было и на этот раз.
- Село наше называется Колодрибка, а когда ее называли Колобридка, то есть место возле брода. Вот там есть брод - Виталик показал рукой дальше по течению Днестра. - Там когда-то было турецкий город. Приезжают туда археологи из Киева и Львова, бывало я им помогал.

 

5.08

Утром Шкипер решает посмотреть на ту небольшой участок степи, которую обходил стороной плуг крестьянина. О ней он прочитал в найименитишого знатока природы Тернопольщины Николая Чайковского, а наш ночной гость Виталик подтвердил ее существование.
Но сначала Шкипер принял мобилки и побежал ставить их на зарядку. В первом доме, куда он пришел, хозяева оказались бывшими учителями, причем хозяин - моим коллегой-историком.
Шкипер вернулся за четыре часа. Нашел источник, однако добираться от него пришлось долго вперемешку с риском. Тропинка, по которой он возвращался, вела прямо под пропастью и была узкой.
- Пришлось снять тапочки и идти босым.
Толоку нашел?
- Нашел, но она гораздо меньше, чем ее описал Чайковский. Возможно, когда он ее описывал, она была большой, а сейчас розпахалы.
Мы решили навестить соседей, где Шкипер оставил на зарядку электронику. Потому что не часто в деревне встретишь семью сельских интеллигентов. Мы взяли по корыта для воды и скоро оказались перед крепкими воротами.
Хозяин, Владимир Варварчук - коренастый человек лет сорока пяти с казацкими усами уже несколько лет вместе с женой Ярославой, преподавателем украинского языка, работает в Испании. Сюда приезжают в отпуск. Варварчукы предоставили нам овощей.
Оказывается, между Синьков и Колодрибкою во время боев 1915-1916 годов находился бетонный бункер, в котором находился австрийский генерал. Бункер сохранился. В селе есть кресты Свободы (в честь отмены барщины 1848 года) и трезвости.
Наконец наступила моя очередь идти в село. Кривенька улочка, едва засыпанные камнями, ведет к центральной, заасфальтированы улицы. Поворачиваю налево.
У какой административного здания памятник сечевым стрельцам. С крестом и трезубцем. С удивлением вижу на нем дату - 1989 год. Это тогда, когда во главе Украины стоял одиозный Щербицкий.
Далее по дороге школа - целый комплекс зданий, построенных еще при Австро-Венгрии, и памятник Шевченко. Около него флагшток с огромным сине-желтым флагом.
Напротив памятника большая церковь с двумя огромными деревянными крестами у входа. По церковной оградой несколько крестов в честь отмены барщины. Прохожу между церковью и крестами дальше и вижу сельский дом культуры, а возле большой металлический крест на каменном постаменте. Это и есть Крест трезвости - при Австро-Венгрии довольно популярное средство среди сельских священников удерживать паству от попойки. Подобные кресты, как оказалось потом, построено в течение 1864-1898 гг на территории современных Тернопольской, Ивано-Франковской, Закарпатской и Львовской областей. Может есть и в других, однако это пока неизвестно.

 

6.08

Ночью поднялся сильный ветер. Загудели дерева, по Днестру пошла волна. Ветер пригнал большое облако, сорвалась ливнем. Одолженный тернопольскими туристами тент (который почему назван «балдейкою») от дождя спасает мало. Вода собирается на тенте, приходится поднимать его палкой и сливать воду.
Так боролся с дождем до полудня. Наконец дождь прекратился.
Днестра начали подтягиваться женщины стирать белье. Это - собственно днестровский феномен. Подобного я не видел ни на одной другой реке.
плота вышел высокий парень в футболке с казацким крестом и надписью «Украина и Бог».
поздоровались. Я рассказал, кто мы такие и что вообще делаем. У парня возник неподдельный интерес. Иван, так звали моего нового знакомого, оказался членом молодежной организации «Тризуб» имени Бандеры, сыном учительницы истории. Учится в Тернополе на программиста. Извинившись, что у него нет времени, ушел, пообещав вернуться позже.
Вечером вернулся, принес целый пакет помидоров, бутылку молока и самое главное - кусок сала.
- Мать передала, - говорит он. - А сам прийти не захотела. Я ей говорю: пошли, не часто такие люди к нам приезжают, а она не захотела.
Я предложил ему сесть на толстую колоду, которую мы прозвали стул Коропецкой мебельной фабрики. Иван рассказывает об истории села. Оказывается, недалек брод использовало еще войско Дария И когда шло 512 г. до нашей эры завоевывать непокорную Скифию. Оказалось, что прямо у берега вырос знаменитый диаспорный историк Василий Верига, здесь живут его родственники.
Иван с гордостью рассказал о своем роде. Его прадед был старшиной УСС, погиб в боях за Львов в конце 1918 г.
Разговор с Иваном продолжалась вплоть до полуночи.
7.08
С Тернополя вернулся Шкипер, рассказываю ему последние новости. отталкиваемся.
Впереди бушуют пороги, мы пытаемся выгрести как можно дальше. Однако не успели. Течение со всего размаху бросает нас на камни. Сели крепко.
Вода по колено, бурлит вокруг нас и плота. Пробуем продвинуть плот по камням, однако он не поддается. К нам на помощь по мелководью идет Владимир Варварчук, который пришел нас провожать.
Втроем, налегая на плот и работая то шестом, то руками, после почти получасовой борьбы с течением, камнями и плотом, удалось вывести плот из камней.
Напоследок еще раз спасибо господину Владимиру всего. И отчаливает дальше.
Через несколько километров мы увидели ровный насыпь, словно вырезанный гигантским ножом. Это были остатки легендарного Говта. От самого города остались фрагменты насыпи, который мы и увидели и немного участка городской территории.
Плывем дальше, соглашаемся, у маленького водопада набрать воды.
Под вечер мы подплывает к денежный. Перед деревней с буковинского стороны гравий гребут экскаватором прямо из воды. Рядом проходит паром, однако это воров не беспокоит.
Горошова оказалось большим селом. Огромные аккуратные дома, часто выложены мозаичной плиткой. Что ни дом, то маленькая картина. Однако дороги в селе плохие. Осматривая большие ямы, думаю, сколько же подвесок полетело на них. Более или менее ровная дорога в центре села. Двухэтажный дом культуры, который пустует, напивзбудована коробка магазина и большая школа с памятником Шевченко.
На сельском кладбище символические могилы борцам за свободу Украины. Кладбище большой, старый сектор с древними могилами позаростав. За могилами бойцам УПА на кладбище - небольшой, заброшенный парк, вымощен плиткой. В центре стоит кирпичный столб с доской, с которой можно прочитать, что парк землякам устроил уроженец денежный Дмитрий Гуцул, который скончался в Канаде в 2004 году. В местных бабушек узнаю, что этот Гуцул уехал в Канаду еще в Польше, стал там богатым человеком и в первые годы независимости помогал землякам, особенно тем, с кем вырос, посылками.
По дороге на плот увидел еще одну церковь, расположение подсказывало, что она старая. В фундамент церкви вмурован камень в виде креста с полуистлевшие надписью: «Положен 1798 года».

 

9.08

Далее по Днестру село Устье, расположенное у устья реки Ничлава. Устье - распространенное название как раз для сел, которые находятся именно в устье. Устье-Зеленое Монастырисского района расположено возле устья Золотой липы, Устечко Залещицкого района - в устье Джурина.
Рыбаки рассказали легенду. Вроде бы люди, бежавшие от татар, нашли пещеру и пустили в нее петуха, курицу и селезня. Петух и курица быстро вернулись назад, а селезень пошел и вышел на другой стороне горы. Там и основали отдельную от Устье слободу Качуривка, которая уже давно слилась с устьем.
Еще одна легенда рассказывает по причине уважительного отношения устян до пауков. Опять при нападении татар крестьяне бежали в пещеры. Сразу же пауки, которые неизвестно откуда появились, затянули паутиной проход в пещеру. Татары, шаря рядом, заглянули в пещеры, но увидев паутину на входе, решили, что здесь никого нет. Действительно ли жители Устья уважают пауков, неизвестно, но легенда есть.
У села есть лечебные источники. Чуть дальше есть прекрасное место для швартовки, которое заметили и облюбовали туристы. Там столик и кострище. Туда сейчас и плывем.
Плыть долго не пришлось - около получаса. Шкипер, вытянув шею и увидев известные ему одному ориентиры сказал:
- Становимся здесь!
Верхушки горы хорошо просматривается село Перебикивци на буковинском берегу и даже далекая Мельница-Подольская.
Стараясь не упасть, спускаюсь вниз и вижу за кучей деревьев какую каменное сооружение, вернее ее остатки. Так и есть - крепостная кладка с метр толщиной. На кладке лежат какой кованые вещи - кольцо, похожее на стремя и плоская железяка с дыркой. По бокам кладку дополняют цементные плиты, соединенные раствором - достройка укрепления вероятно во время первой мировой войны.
Под кладкой какая нора, пожалуй барсучий.

 

10.08

Огромная каменная гряда, покрытая лесом, сначала отходит от берега, а затем, освободившись от зеленого покрывала деревьев, зависает над самой водой. Где-то там и знаменитая пещера, которая имеет два входа ...
Иду себе по грунтовой дороге в наскальной надписи «Бог есть любовь». Слева от надписи стоят небольшие фигурки Христа и Божьей Матери, накрыты крышей.
Каменистая дорога ведет вверх. Вдоль нее растут заросли терна и груши. Невольно мурлыча песню «Цветет терен, цветет терен ...», прямую вверх.
Вот и тоннель, сделанный специально при прокладке грунтовки. На его стенках отчетливо видны зубцы экскаватора. Дорога поворачивает направо и бежит вдоль холмов.
Передо мной остатки курганов. Кто передо мной копался здесь, но явно не специалисты. Потому присмотревшись, нахожу кремневый наконечник от копья, достаточно тщательно обработан. Еще по могиле разбросаны обломки горшка с нанесенным волнистым орнаментом. Горшок черновицкий археолог, которому я впоследствии показал осколок, отнесла его к черняховской культуры (I - II век н.э.).
По откопанными могилами холм круто обрывается в Днестр. С холма по тропе спускаюсь вниз и иду к источнику. У источника стоит старый крест. Удается разобрать на нем год - 1902.
Назад возвращаюсь по другой дороге, ведущей вдоль скалы.
На берегу четко видно брустверы старых окопов времен первой мировой войны и сами окопы, которые за девяносто лет затянуло землей. На берегу кое-где растут груши.
Прихожу на плот, мы берем корыта для воды и идем к открытой мной крепости. По дороге Шкипер показывает мне какие шишки-паразиты на дубе.

 

11.08

Утром, пользуясь тем, что поблизости никого нет, мы идем в пещеру.
Сначала лезем вверх, используя корни, затем тропа ведет нас через большую поляну, которую уже используют туристы. Минуем костер с обязательным мусором, дальше тропа ведет нас к дороге, проходящей через вырыт в обрыва тоннель. Проходим тоннелем и сворачиваем налево. Тропа ведет вверх через чертополох, ежевику, полынь и другие прелести полевой флоры. Долго искали дорогу к пещере, наконец нашли. Лезть в пещеру оказалось не так сложно, хотя тропа время была очень крутой. Пещера была в огромном пласте известняка - некие небольшие катакомбы.
Вход в пещеру оказался двойным. Углубившись в пещеру, я наткнулся на старинные руны (или мне так показалось под тусклым лучиком фонарика). Шкипер нашел остатки окаменилих жителей пещеры. Мы возвращаемся на плот, захватив свои находки. Я собрался и пошел встречать еще одного члена экспедиции в село Устье.
Устье прежде принадлежало братьям Бучацким, с ними связано первое письменное упоминание о селе за 1469 1498 польский король Ян-Ольбрахт подарил Устье Каменец-Подольском епископата, оно получило название Устье-Епископская (или бискупский ) и право на проведение 11 годовых ярмарок. Сейчас на центральной улице села постоянно бурлит базар только с одним товаром - помидорами.
Возле базара - статуя Божьей Матери, могила бойцов УПА с именами и даже фотографиями. В недалеком парке памятник воину-афганцу Валерию Гричаку. За домом культуры стоит старый костел, приспособленный к потребностям школьников как спортзал.
Наконец вижу церковные купола. Нахожу переулок и иду по нему в церковь, где меня ждала гостя из Полтавы.
Навстречу выбегает Танька. Я беру ее сумку и мы идем на место стоянки. По дороге успеваю показать памятный крест в честь отмены барщины 1848 года.
Нас обгоняет бричка - этот неистребимый время универсальное транспортное средство, по мнению некоторых историков, впервые в мире появился именно здесь - на берегах Днестра
У источника наш ждет Шкипер. Мы показываем Татьяне старый крест, а у колодца остановился виз. На нем сидел рыбак, который порозповидав Шкипер легенды о пещере.
Мы поинтересовались надписью «Бог есть любовь» возле пещеры.
- А то дети написали, - отмахнулся дядя. - Какой-то там лагерь был
- А что за скульптуры Христа там стоят?
А то один предприниматель поставил. Взял оте поле обрабатывать, плевелы пшеницы, и кажется не пошло то у него.
Шкипер относит Танчин сумку на плот, я на правах хозяина показываю Таньци пещеру.
глубины пещерного хода прямо на нас вылетает летучая мышь (я даже вижу его испуганную морду), поворачивает назад и растворяется в темноте. Все таки лезу вперед. Снова появляется летучая мышь и чуть не касается меня крылом. Появление летучей мыши, хотя и перепуганного, меняет наше желание лезть дальше. Кроме того, фонарик на зажигалке оказался слабым для пещеры.
Вылазим вверх по склону. Далее я показываю остатки старой могилы, где я нашел обломки керамики и наконечник копья.
Идем на плот. Показываем новому-старому члену экипажа, где что лежит, пьем кофе и едем дальше.
Через несколько километров натыкаемся на небольшой водопад. Остановились, фотографируем и фотографируемся. Затем плывем дальше и наконец минуем устье Ничлавы. У него решили присоединиться.

 

12.08

Утром Шкипер пошел на автобус - очередной раз позвали дела в Тернополь. Мы с Татьяной остались на хозяйстве.
В пять вечера я отправился в Мельнице-Подольской. Решил идти вдоль берега. По дороге спросил рыбаков, можно дойти до Мельница по берегу. «Можно, километра четыре будет». По берегу вела грунтовка, которая у Худикивцив даже стала с твердым покрытием. Это наверное еще австрийцы проложили
Село Худикивци, которое я принял за Мельница-Подольскую, протянулось по берегу Днестра километров пять. Бюст Шевченко, заброшенный двухэтажный дом культуры и почти полное отсутствие крестьян на улице. В центре села дорога расходится на четыре направления. Улицы пустые, спросить некого. Иду наугад вперед, выхожу на грунтовку, которая почему-то также возвращает в Днестр. В нескольких метрах от дороги четко просматривается старое городище. Четкие прямоугольные валы где-то метр высотой, территория городища рита-перерыта археологами и искателями сокровищ. Впереди видно хвойный лес, за которым проступают кварталы поселка. Иду прямо на него.
Лес возле поселка оказался заросшие кустами. Стандартный набор - акация, боярышник и ежевика, плюс вездесущая паутина. Лес идет вниз, хотя и не круто, зато неуклонно. Упорно лезу через кусты вперед, пока не впираюся в глубокая пропасть, на дне которого течет небольшая речка. По краю обрыва ведет тропа, иду по ней, пока она не пересекает еще одна. Возвращаю на нее. Она спускается на дно ущелья, протекает реку и ведет наверх. Несколько сотен метров по извилистой улочке, и я попадаю в центр поселка.
Улицы тянутся двухэтажные дома времен Австро-Венгрии, будто сошли с кадров фильмов о бандеровцев. Впереди церковь необычной цилиндрической формы, на фасаде - дата строительства. 1722.
Далее уже городская цивилизация, от которой я немного отвык. Легковушки, двухэтажные магазины, небольшой парк с лавочками, большой памятник Шевченко и Борщевском районном проводнике ОУН Качкивському, который погиб в 1947 г. Далее памятник погибшим красноармейцам, типичный для коммунистических времен. Рядом с ним новый под крестом. Надпись поражает: «землякам, погибшим во второй мировой войне». Давно пора отдать память всем украинским, не смотря какой мундир носили - советский, польский, американский или немецкий. В любом случае эта страшная война была чужой для всех украинского одинаково. Поэтому подобные обелиски должны стоять в любом населенном пункте Украины. Но пока он есть только в Мельнице-Подольской.
Далее по улице брошены парк со старым костелом в глубине. Хотя не таким уж старым - где начала прошлого века. К нему ведет железная калитка с надписью «Р 1930». Очень хочется посмотреть на него, однако время поджимает. Спрашиваю у мужиков, как выйти к Днестру. Мне объяснили, что в Худикивцях является паром и показали дорогу.
Как не спешил, до темноты успел только выйти за село. Далее шел по берегу, рискуя поломать ноги. Подсвечивая фонариком дорогу, дошел до плота. Удачно все-таки выбрали место для стоянки - устья Ничлавы никак не обойдешь.

 

13.08

Проснулись мы довольно поздно. Поднимать было некому - начальство в Тернополе.
Провожу мастер-класс по разжигание костра, хотя сам этом недавно научился.
Из-за сельских домов на нас выползает черная туча в виде непостижимый чудовища. Мы вцепились в тент, который яростно трепал ветер.
Такого ливня я не видел давно. Стена воды закрыла другой берег Днестра. У берега вода прямо закипала. Наша одеяло и спальник, в который пыталась закутаться Танька, промокли насквозь.
Сильно поиздевавшись из нас полчаса, ливень ушла на восток - до буковинцев. Горизонт вичистився, из-за отрывков облаков начало проблискуваты солнышко, стал просматриваться другой берег Днестра. На севере, возле поворота Днестра до Мельница-Подольская, над водой повис короткое коромысло радуги.
Мы начали вытирать лужи воды на плоту и выкручивать насквозь промокли тяжелую одеяло. За этим занятием нас застал Шкипер, который вернулся из Тернополя.

 

14.08

Утром, когда мы спали, Шкипер в походно-рабочей экипировке (то есть бинокль, фотоаппарат «Nicon» пленочный, фотоаппарат «Олимпус» цифровой) пошел через Ничлавы искать лечебное источник, о котором мы слышали неоднократно. Источники не нашел, однако в темноте набрел на хомяка. Зверек не убежал, а недовольно ворчал на шкипера.
Так хомяк меня несколько раз обматерил, и мы разошлись. - рассказывал Сергей по возврату. - Наверное у него там была нора.
После утренней кофе наша экспедиция двинулась дальше по течению. Как только на буковинском берегу показались первые дома Перебикивцив, Шкипер приказал причалить и побежал вдоль берега искать тропу наверх, а я, добыв кованый трофей, начал рыскать вдоль ручья в поисках червей для рыбалки.
В это время подошли три мальчики с Худикивцив, заинтересованные нашим нетрадиционным плавсредством.
Оставив Таньку налаживать контакты с малыми аборигенами, я полез вверх на скалу. Она составлена из сланцев. Добрался до последних верхних деревьев, откуда было видно село Устя, зфоткав Днестр и село и полез вниз.
Спускаться было намного хуже, чем подниматься. Используя деревца, наконец спускаюсь к земле.
Одновременно со мной до плота подходит шкипер.
- Наверху ничего интересного, - говорит он. - сосны посажены.
Мы берем в руки шесты и отталкиваемся подальше от берега. Курс - на Мельница-Подольская
- Прикольно пацаны разговаривают, - говорит Танька, которая вспомнила свое базовое образование филолога. - Как в учебнике по диалектов.
проплывает Худикивци и чуть не столкнувшись с паромом, соглашаемся к берегу. Место вообще довольно живописное. Главное, что привлекает внимание - это частично поросшие деревьями холмы с выступающими белыми породами.
Мы долго осматриваем них в бинокли и решаем, что это может быть мел.
Висаджуемося на берег. Танька хочет посмотреть Мельница-Подольске, я также не прочь побывать в поселке еще раз. Шкипера посещения урбанизированных мест явно не устраивает, он решает половить рыбу, напомнив нам посмотреть в округе источники для пополнения запасов воды.
Дорога к поселку вела круто вверх на холмы. Стало ясно, что белая порода - это не мел, а кварцит. В Донецком кряже, где я вырос, кварцит встречается небольшими камешками, а тут целые скалы
Справа от тропы видим источник, оно прикрыто железной бляхой в виде крыши. Видимо из источника пили воду романтики или шутники, потому что на бляхе написано: «Керниця желаний. Одно желание 1 коп. Как мало стоит в Мельница-Подольская осуществления мечты.
Проходим через несколько загроможден парк и попадаем прямо к церкви, которую я не успел как следует рассмотреть прошлый раз. Влево от главной аллее стоит деревянный крест с датами 988-1938. В честь 950-летия крещения Руси-Украины.
Используя возможность, я повел Таньку смотреть костел в глубине парка, до недавнего времени был кинотеатром. Мы поднялись по лестнице, ведущих на хоры, в одной из комнат осталось цементное возвышение для киноаппарата и большой силовой щит. Остаток фресок, которые бы указывали на прошлое костела, не было - коммунистические культурфюреры позаботились.
Et vitae Gloria mundi, как говорили римляне.
Шкипер тем временем невозмутимо сидел на плоту с удочкой в руке. Были только маленькие бычки, которых он выбрасывал обратно в реку.
Мы взяли корыта и пошли за водой к «Керниця желаний». Набрали воды и удивленно остановились. По пологий берег Днестра спеша садилось солнце, заливая огнем почти половину неба, а вверху над солнцем нависали едва подрумяненной его лучами тяжелые свинцовые облаке, будто втискуючы солнце в землю.
Вечером мы поели наловленных шкипером рыбу и запили опять таки кофе.
15.08
Утром мы со шкипером полезли на холмы, перед которыми стоял плот. Дорога вверху роздвоювалася, и мы разделились. Каждый пошел по тропе, которую себе благоволение.
Утром мы со шкипером полезли на холмы, перед которыми стоял плот. Дорога вверху роздвоювалася, и мы разделились. Каждый пошел по тропе, которую себе благоволение. Я, пощупав руками большие отложения кварцита и прихватив на память кусок белого, похожего на каменную соль, кварцита, пошел искать остатки окопов военных времен, нашел их, но они страшно заросли.
Вернулся на плот. Впоследствии к нам присоединился и Шкипер. Отправились.
Как говорят англичане, в каждом доме есть свой скелет в шкафу. Была такая происшествие и у нас.
Впереди остров. Поспитавшы у рыбаков, решили проходить остров по буковинской стороне.
Я буду наблюдать за дном, стоя на носу с палкой в руках. Впереди длинная каменистая коса. Отталкиваю плот подальше от нее, однако снова впереди по курсу из воды торчит камень. Камень оказался головой, по которой видно синюю куртку и штаны.
У меня волосы немного стали дыбом.
- Труп по борту!
Шкипер и Танька вскочили на ноги. Шкипер достает бинокль и рассматривает страшную находку.
Решаем пристать к берегу и позвонить в милицию. Согласились без приключений у буковинского села Рухотин. Шкиперу удалось дозвониться до Борщевского райотдела милиции.
Борщевский правоохранители выслушали заявление шкипера о трупе без энтузиазма.
- Приехать хотя обещали? - питаемось у него.
- Обещали, подождем.
Приключение чрезвычайно заинтересовала местных. Рыбаки идут смотреть на беднягу.
Глава семьи, которая отдыхает рядом, решил съездить в сельсовет позвонить в Хотинского райотдела. Заодно решил подбросить нас с Танько. Мы пошли в сельсовет, однако рыбаки уже сообщили голову и он вызвал милицию с Хотина
Через полчаса вверху затормозил милицейский «УАЗ». Опергруппа Хотинского райотдела в составе следователя, двух оперов-лейтенантов и водителя, оказалась оперативной от своих борщевских коллег, хотя в Хотин о страшной находке сообщили через полчаса после Борщева. Милиционеры привезли с собой и сельского голову Рухотин
Мы провели опергруппу на то место, где втопленика можно рассмотреть в бинокль. Каждый из офицеров берет у нас показания. После того, как показания были записаны, а мы расписались, идем вместе с милиционерами в плота и прощаемся.
Недалекого села Днистрового к нам гребет на лодке какой-то дядя. Он оказался бывшим офицером внутренних войск СССР, живет в Днистровый, отдыхает тем, что плавает на лодке. А тут увидев нас, решил посмотреть и поговорить.
О нас он читал в газете «Свободная жизнь». Приятно иметь дело со знающим человеком! Вуйко изъявил желание доставить нас к берегу. Бросил нам конец цепи с лодку и погреб к берегу. Тянуть плот было трудно, дядя тяжело дышал, налегая на весла, однако не сдавался и таки привлек нас к берегу.
Так кое зафиксировав плот, сели наконец поесть и не заметили, как нас стало относить от берега. Я в это время по привычке лазил по берегу за дровами.
Вернувшись к берегу, увидел, что плот поплыл себе по течению, а его экипаж и в ус не дует. Только огонек на мангале мерцает, освещая фигуры пляшконавтив
- Эй, на шхуне! - ехидно спрашиваю к ним. - И далеко плывете?
плоти сразу же началось движение. Я пошел по берегу в поисках места для надежной швартовки. Оказываюсь около деревьев, которые нависают над водой.
- плывите сюда! - кричу плотогонов. - На фонарик!
Вижу, что наш плавсредство берет курс на меня.
гребут к берегу, я подтяну плот за конец! - опять кричу пляшконавтив и иду к той точке, куда приближается плот. Сергей бросает мне швартувальний конец и я тяну плот к деревьям.
Вот и дерева. Привязываю конец на толстую ветку и прыгаю на плот. Ночное приключение закончилось.

 

16.08

Утром после утренней кофе (своеобразного ритуала, который сложился за сплав), отправляемся в путешествие дальше.
Шкипер отвязал челнока и решил походить по берегу. Скоро он, упорно управляя веслом, исчезает из виду.
За деревьями видна церковь, в которой, несмотря на утреннее время, идет служба. Около церкви по берегу бегают какие-то дети, одетые в белые рубашки.
Опять повторяется надоела ситуация, которую можно назвать Днестровским сиденьем. Сильный ветер и слабая течение приводят к тому, что мы стоим на месте. Мы гребем шести, однако ничего не меняется. Рыбаки на берегу не без ехидства наблюдают за нами.
Ветер надувает баннер, и плот все время прибивает к берегу, рискуя оборвать снасти рыбакам. Пришлось снять и тент, которым все время терзает ветер и сам баннер. Это помогло мало, но мы хоть немного тронулись с места.
Скоро к нам присоединился Шкипер. Оценив ситуацию, решили пристать к берегу и подождать, пока спадет ветер. После причаливания и закрепления плота, мы с Танько едем в церковь, которую мы видели по дороге. Переходим вброд реку Дзвиняч и оказываемся у подножия огромного холма, составленного из белых известняковых пород. Скалистые выступления словно созданы для вполне безопасного и легкого подъема вверх, что мы и делаем.
На горе натыкаемся на артиллерийский редут, построенный скорее всего австрийцами. В нескольких метрах от него символическая насыпная могила с огромным металлическим крестом, которого видно из Днестра. На нем никаких надписей, кому он поставлен.
Перед нами - бывший княжеский град, столица легендарного Звенигородского княжества (по крайней мере так утверждали польские историки М. Балинский и Т. Липинский. На краю села церковь, которую сквозь деревья видно из реки. Она построена 1801 г., у нее сельское кладбище. Надгробия любой формы, преобладающее большинство из каменными крестами. Есть старые, с позапрошлого века, со статуями святых. Некоторые со странным переплетением с язычеством - композиционно крест вырастает из дерева. И что интересно, такие же по решению надгробия встречаются на старых кладбищах Полтавщины и Слобожанщины. Вообще, надгробные памятники в Украине еще ждут своего исследователя.
Вояцкий могил времен первой мировой не нашел. Вполне возможно, могилы воинов уничтожены большевиками, чего чего, а воевать с мертвыми они умели.
Именно село никак не указывает на легендарное прошлое. Традиционная отсутствие асфальтированной дороги, старый, построенный еще в австрийские времена сельский магазин, возле которого торчит молодежь, старый каменный крест в центре села без всяких надписей. Возле креста старые деревья, наверное, ровесники креста.
Руха в селе не видно - крестьяне сидят по домам, по улице важно ходят индюки и куры.
Прошлись селом, натолкнулись на парк. В конце парка двухэтажное здание неполной средней школы в стиле классицизма. По Австрии здесь был господский дом. В школу ведет посыпанная песком дорожка. В парке чисто, а современное назначения старого здания не дает стоять полуразрушенной пустотой.

 

17.08

Рано утром, когда мы с Танько мирно спали, Шкипер пошел к недалекого села Трубчин, которое , судя по карте, должно быть рядом, за поворотом. Купил в селе молока, поднял с постели продавщицу единственной в селе магазины и отоварился. Кроме того, успел побывать на кладбище и зфоткаты неожиданное надгробья в виде деревянной кладки, на которой наши предки в дохристианские времена сжигали мертвых.
Кроме того, он увидел на буковинском берегу какую-то странную пространную вербу, которая росла отдельно недалеко от воды. Она была обнесена забором из штакетника.
Долго не думали, отвязали лодку и погребли от плота к берегу посмотреть.
отгорожено место на берегу села Рашков оказалось захоронением местных жителей, расстрелянных летом 1941 г. румынами. На могиле стоит цементный обелиск, покой расстрелянных оберегают несколько ив.
выгребать с середины реки шести - дело хоть не тяжелая, но хлопотное. Особенно, когда приходится другому. Таньци звонят, а перенести разговор минут на 10 позже никак нельзя.
Наконец шест натыкается в дно.
Нас протащило течением довольно далеко. Поэтому принимаю швартовки и тяну плот до того места, куда планировали присоединиться.
Взяв пакет и фотоаппарат, лишая Таньку и иду к селу.
Впервые, что вижу в селе, это большой казацкий крест примерно XVII века, окрашенный и тщательно установлен на постамент. Подобного в селах, которые мы проплывали, видеть не приходилось.
Сквозь деревья виднеется старая трибанна церковь, возведенная 1854 года. Прямую к ней.
Церковь расположена в просторной усадьбе, возле нее часовня и снова - казацкий крест. К сожалению, надписи на нем не разобрать.
Вечером мы со шкипером пошли к скалам, которые были за Трубчин по течению Днестра искать отпечатки доисторических животных на камне. Ничего интересного не было, однако, в качестве компенсации за неудачный штурм горы я нашел белый кусок окаменилого дерева.

 

18.08

Утром мы отвязали наш «катамаран» и поплыли через Днестр искать пещеру, о которой Шкипер рассказали в селе. Течение тихая, весла стремительно разрезают гладь Днестра, наша лодка быстро достиг берега.
Берег усыпан камнями разных размеров, мы нашли даже постамент с памятника, неизвестно почему оказался здесь. А пещеры не было. Пришлось вернуться на плот.
Впоследствии мы со шкипером пошли вверх - я до казацких могил, Шкипер - к источнику.
кручи, которая нависла над берегом, две разрытые могилы. Пожалуй кресты из этих могил и находятся в селе.
Шкипер лезет вниз к источнику, я иду дальше к крестам.
Кресты стоят на казацком кургане в окружении нескольких деревце калины.
Было время, на Украине ревели пушки
; Было время, запорожцы умели властвовать
властвовать, получать и славу и волю,
Обошлось, остались только могилы в поле.
Неизвестные поклонники казачества бессознательно (а может и вполне сознательно) сохранили казацкую могилу от разрушения «славных прадедов великих правнуков плохих». Потому что еще две могилы уже раскопаны.
Начетверо раскопана,
Розрита могила.
Чего они там искали?
Что там схоронили
Старые родители?
Плывем дальше.
Дно и берег заилены. Мы с трудом извлекаем шести из грязи. Пристать на ночлег негде. Решаем плыть вдоль берега, пока не попадется более-менее твердую участок берега. Я толкаю плот с кормы, Шкипер сбоку регулирует, чтобы нас не унесло от берега. Скалы идут наискосок к берегу и скоро выступают к самой воде.
Когда осталось небольшая полоска берега, решили все же остановиться. Мы зафиксировали плот вешками, воткнув их в Муляк и принялись за обязательного ритуала - приготовления вечерней кофе.

 

19.08

Утром вытащили тычки и поплыли. Через несколько метров от нашей ночной стоянки, скалы обрываются в Днестр. Они тянутся долго. Как только из воды начинает показываться каменистый берег, на нем уже сидят рыбаки.
Заранее зная об остатках в Окопах древнего замка, мы знали, на что обращать внимание.
Проходим с Танько церковь, часовню, магазин с баром. Дальше натыкаемся на большую башню-ворота. Это и есть остатки знаменитого замка.
Как рассказывают исторические хроники, в результате войны 1672 турки завоевали часть Подолья аж по Бучач. Однако после поражения турок под Веной (1683 г.) поляки начали отвоевывать потерянные земли. 1684 король Ян III Собеский двинулся походом на Каменец, по дороге был основан две крепости - Окопы Святой Троицы и Шанец Божией Матери под Иезуполем. Их основания приписывают коронному гетману Станиславу Яблоновскому. Крепость на берегу Збруча выросла быстро - уже в октябре была готова. Польский гарнизон Окопов отражал турецкие обозы, которые шли в Каменец, однако помешать татарам нападать на Подолье и Галичину не смог. В январе 1699 по Карловицкого соглашением Подолье были возвращены Польше.
На воротах надпись, из которого можно узнать, что перед нами Каменецкие ворота крепости Окопы Святой Троицы, отреставрированные на средства польского общества любителей истории и семьи потомка запорожской старшины графа Дунина-Борковского 1905
За воротами хорошо сохранился земляной вал крепости, с которого прекрасно просматривается извилистое русло Збруча, реки, которая стала символом разъединения украин